Дисбат — суровая жизнь за решеткой.

 Дорога, пронизав негустой перелесок, уперлась в высоченные металлические ворота, вправо и влево от которых уходила глухая стена изгороди. За ней — контрольно-следовая полоса меж двойного ряда колючей проволоки, еще один забор. В глаза бросается крупная надпись, повторяющаяся во многих местах внутреннего периметра ограды: «Стой! Стреляют без предупреждения!».
Дисбат - суровая жизнь за решеткой, дисциплинарный батальон

 Зона — жилые, рабочие и прочие помещения для осужденных, вся территория, на которых они расположены. В направлении столовой движется солдатский отряд. Вроде бы обычное подразделение идет на обед. Но это только на первый взгляд. Стоит внимательнее присмотреться, и станет заметно, что у солдат в строю нет знаков различия, не видно ни одного значка на куртках. Да и лица какие-то застывшие, напряженные. И еще — отряд сопровождают автоматчики. Охрана. Точнее сказать, конвой. Потому что в том строю — рядовые переменного состава дисциплинарного батальона. Все они попали сюда по приговору военного трибунала за совершенные преступления.

 Стопку картонных папок с надписью «Дело» листает, не первый год имеющий дело с людьми изломанной судьбы. Кстати, офицеры постоянного состава этого учреждения отбираются из наиболее подготовленных и опытных кандидатур. Звания им присваиваются на ступень выше занимаемой должности: учитываются особые условия работы.

 Анкетные данные, характеристики. По большей части ничего необычного: благополучные семьи, хорошие условия жизни до армии, образование ниже среднего — редкость, куда чаще — техникум или колледж. А вот дальше, в материалах следствия трибунала все больше проступает социальная незрелость, отсутствие у парней представления о своих обязанностях гражданина. «Рукоприкладство, издевательство над сослуживцами, кража» — эти преступления чаще других встречаются в материалах, упакованных в те самые серые папки.
Дисбат - суровая жизнь за решеткой, дисциплинарный батальон

 Большинство из заключенных прекрасно понимали, что совершают неправомерные действия. И об уголовной ответственности за это знали. Но, как они сами признаются, все время казалось: это где-то с кем-то другим может случиться. Со мной — вряд ли. Сходили с рук мелкие нарушения, и это укрепляло уверенность в безнаказанности. Поэтому и решение суда для большинства из них звучало неожиданнее грома средь ясного неба. Это потом, в веренице дней, заполненных тяжелой работой за колючей проволокой, под неусыпным взглядом конвоя они начнут понимать весь смысл прозвучавших на суде слов: «Направить в дисциплинарный батальон сроком на два года. Время пребывания в дисбате в срок службы не засчитывать…».

 Здесь свой распорядок — жесткий, расписанный до минуты. Даже поощрения особенные. Свидание с родителями — раз в месяц, если нет замечаний. И мысли, от которых никуда не деться, которые преследуют даже во сне: «Зачем я это сделал? Почему никто не остановил меня от рокового шага? Почему?..».

 Но нет, они не замкнутая масса оступившихся людей. К мнению коллективов командиры прислушиваются и здесь. Если видят, что человек глубоко раскаялся в своих ошибках, честным трудом, исполнительностью, доказывает свое право вернуться к прежней жизни, командование вправе ходатайствовать перед судом об условно-досрочном освобождении заключенного. Но кандидатов на столь желанное поощрение обсуждает и называет прежде всего совет общественности учреждения.
Дисбат - суровая жизнь за решеткой, дисциплинарный батальон

 Когда после досрочного освобождения или окончания установленного срока, солдат вновь получает погоны, эмблемы «родных» петлиц, когда он в последний раз выходит за те самые высоченные металлические ворота дисбата, как-то не принято вслед ему говорить «до свидания». Ему желают сюда больше никогда не возвращаться. Но офицеры, прапорщики этого особого подразделения не забывают своих подопечных, вычеркнув их из именных списков. К месту продолжения службы пойдут запросы: «Просим сообщить, как проходит служба рядового Н. после отбывания наказания…». Как правило, лишь один из десяти отзывов нет-нет да и уколет досадой — для кого-то забылись уроки суровых дней дисбата.

Читайте также

Томаш Мацейчук в роли хамоватого шляхтича на Рус Т...  Даже если вы нечасто смотрите «Место встречи» на НТВ или «Право голоса» на ТВЦ, то не могли не обратить на него внимания. По резкости суждений и уров...
Мегин Келли: «американская девушка» Путина...  Эту блондинку нынче знает каждый россиянин, кто хотя бы изредка смотрит новости по телевизору. В начале весны текущего года она вновь удостоилась ч...
Что говорить на собеседовании — правду или то, что... Сделай работу своей мечты работой своей реальности! (Заметь, мы ничего не говорим про зарплату.) Итак, волею судеб ты оказался на собеседовании. ...
Иржи Юст: десять лет работы в России не прошли дар...  В поле нашего зрения нынче попался один интересный персонаж из политического телеящика: худощавый, с масляной улыбкой, хитрым прищуром глаз, прилиз...
Андрей Окара — свой среди чужих, чужой среди...  Этого персонажа трудно не заметить, даже если не быть фанатом политических ток-шоу, в изобилии расплодившихся на российском телевидении. «Время покаж...
ОЦЕНИ СТАТЬЮ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


2 + 1 =